eaquilla (eaquilla) wrote,
eaquilla
eaquilla

Categories:

Поле чудес

Отсюда - http://lavkagazeta.com/fermery/pole-chudes

Иван Новичихин – хозяин первой российской овощной фермы, получившей «органическую» сертификацию по стандартам Европейского Союза. Ферма Новичихина – уникальное место, где с колорадскими жуками воюют специальные клопы, а гусениц поливают молочной сывороткой.

Иван – адепт принципов биодинамики и беспахотных технологий рассказывает о борьбе с жуками, гусеницами и стереотипами окружающих.

Почему вы начали заниматься сельским хозяйством в целом и биодинамикой в частности? и вообще, что такое биодинамика?

Биодинамика – это когда применяются все имеющиеся современные технологии, направленные на сбережение и улучшение состава почвы; или, можно сказать, применение биологических препаратов с использованием особенностей местной фауны. Востребование хищных насекомых, живущих в данной местности (например, у меня живет клоп, который ест колорадского жука). Применение биотехнологий или биодинамика означает, что все растения не отпускаются «в свободный полет», как в пермакультуре, а процесс роста постоянно контролируется – от и до.

А что это за клоп такой, который ест жука?

Есть клопы – те, что людей кусают, а есть и такие... любители молоденьких личинок и яйцекладки ненавистных колорадских жуков. Зовут такого клопа периллюс (perillus bioculatus). Обычно он появляется у нас к середине лета.

Почему вы вообще решили уехать в деревню и создать свою ферму?

На самом деле мы с женой изначально планировали жить на земле. До этого мы жили в Ростове-на-Дону, в Таганроге, учились с ней в одном институте, и по роду деятельности у нас был бизнес, который существовал только для того, чтобы в определенный момент нам хватило сил и средств, чтобы вернуться к земле.

А как вы выбирали землю, место? Почему именно Краснодарский край?

Мы сейчас работаем, трудимся рядом с тем местом, где я прописан, то есть с 1992 года мы с родителями живем здесь, в Крымском районе, рядом с селом Молдаванским. Изначально местность мне знакомая, я здесь вырос, можно сказать. И меня не покидало желание вернуться домой.

Обычно почти все, кто уезжают в город, стараются не возвращаться…

Возможно. Но начнем с того, что я – деревенский житель, я вырос в деревне. Значит, это тот самый редкий случай, когда мы вернулись на землю, домой. Все местные жители были весьма удивлены тем фактом, что люди, имеющие высшее образование (инженер-строитель и юрист), уезжают из города и начинают заниматься сельским хозяйством.

А кто вам помогал построить все с нуля?

Да никто не помогал. Люди покрутили у виска и сказали: «Ты, это, скоро протянешь ноги». Но сейчас уже стало полегче. Есть результаты, и люди как-то поверили в нас. На самом деле, изначально я хотел, чтобы земля в первое время кормила меня и мою семью, прежде всего – овощами. Поэтому все сажалось и закладывалось как огород, но только в больших масштабах – для себя. А уже излишки мы планировали продавать.

Теперь у вас уже 30 гектаров, как вы успеваете все обработать?

Ну, расчет идет примерно следующий: на тысячу квадратных метров закрытого грунта (теплицы) нужен один человек и на один гектар открытого грунта – тоже один человек. Вот как только у тебя возникает 10 гектаров, то требуется 10 человек, ну и так далее. На 30 гектаров нужно 30 человек – у меня даже родственников столько нет, поэтому, естественно, это наемный труд, это люди, которые со всей округи приходят и работают за вознаграждение.

А агротуризм не помогает? В его европейском варианте, когда люди приезжают именно работать, а не в нашем – приехать, посмотреть, покушать и уехать?

На сегодняшний день эта программа у нас запущена. У меня было в этом году экотуристов человек тридцать, наверное. Каждую неделю заезжают с палатками, живут, помогают, трудятся, питаются, соответственно. Есть те, кто работает за деньги изначально, то есть мы договариваемся о том, что они не безвозмездно трудятся – и они трудятся больше. А есть те, кто приезжает отдохнуть, побыть на ферме, посмотреть, как это происходит, помочь по мере сил, и, соответственно, я их сильно не нагружаю. Волонтеры, мы их так называем. У меня сейчас нет условий для какого-то цивилизованного отдыха, так что они изначально знают, что едут «поэкстремалить». Я ни разу не взял деньги за то, что люди просто ко мне приехали. И это пока не бизнес, это дополнительная опция, которая позволяет популяризовать нас и нашу продукцию.

Сколько вы сейчас выращиваете культур?

Порядка, наверное, шестнадцати.

Как получилось, что ваша ферма стала первой в России, сертифицированной по европейским стандартам?

Ну, на самом деле не совсем первая, Бродовский раньше меня сертифицировал «Горчичную поляну» по скотоводству. В моем случае на определенном этапе появился клиент-заказчик, который сказал: «Ваня, мне нравится твое видение, но мне нужны сертифицированные продукты, потому что ты не докажешь никому, что ты выращиваешь экологически чистую продукцию». И нам пришлось действовать в этом направлении. Мы нашли тех людей, которые этим занимаются – сертифицируют, подали заявку, заплатили денег и – прошли этот путь.

Это как-то повлияло на дальнейшее развитие? Клиентов у вас точно должно было прибавиться.

На самом деле я скажу так: и на обыкновенный продукт на Кубани спрос велик. Существует огромный дефицит всего, что растет. Вопрос цены и сути товара. Например, если ты хочешь зарабатывать и иметь сельскохозяйственный бизнес на Кубани – это возможно. Но вопрос в его экономической целесообразности. Например, человек занимается картошкой (таких здесь много – в основном выращивают ранний картофель) и, значит, с одного гектара получает 30-40 тонн картофеля. Для того чтобы с одного гектара получить 30-40 тонн картошки, необходимо с осени внести удобрений полторы тонны, а весной – еще полторы тонны. А мне, чтобы гектар картошки засадить, необходимо три тонны семян, а урожая будет с них, в лучшем случае, десять. И все. Это реально неурожай в обычном представлении, и на этом ты не заработаешь ничего, если будешь на общем рынке торговать. И доказать, что картошка, которую ты продаешь, полезнее, вкуснее или еще какая-нибудь, невозможно, это будет пустой звук. Вопрос решает цена. Если у всех картошка стоит десять рублей, то ты не сможешь свою по пятнадцать продать – у других-то по десять! Поэтому и логично отличаться, поэтому и нужно позиционировать свой продукт по-другому. Говорить людям о том, что этот продукт особенный, он вот такой, может быть, некрасивый и мелкий, но зато он отличается происхождением как минимум.

Зато он настоящий, в любом случае.

Да, зато он настоящий. Хорошо, что у нас есть люди, которые готовы за настоящие вещи платить.

Для этого мы как раз и делаем инфографику в новом номере газеты. В последнее время у нас очень часто спрашивают: почему такая цена, почему именно такие овощи, почему они не блестят и не такие красивые? Это происходит потому, что человек в москве привык видеть идеальные я блоки и помидоры.

Я скажу по поводу качественных характеристик, у нас есть примеры. Мой друг живет в Испании и питается «органик-продуктами». Ходит на рынки и у фермеров, сертифицированных по органике, покупает эти продукты. И он говорит, что они сильно отличаются своим внешним видом, что и с червяками есть, и кривые, и маленькие, реально первого сорта товара идет немного. И фермер не стремится первый сорт выделять, он продает все вместе. В случае с московскими магазинами нужно понимать, что продукты поставляются из-за границы, поставляются очень дорого, и реально сырьевая база – это полстраны, пол-Италии, например. Они могут с половины Италии найти первосортные яблоки. И у меня бывают помидоры идеальные один к одному, но их 10%. И я могу тебе продать эти 10%, но суть в том, что эти 10% сразу в цене будут намного дороже, а смысл какой в этом? И потом мне остальные 90% продукции куда девать? На томатный сок пустить? Или вот, допустим, баклажаны, кабачки или огурцы. Выходит, мне свиней нужно завести – «биосвиней», которые вырастут на «забракованной» биопродукции; что, кстати, и будет следующим этапом, скорей всего. Я в будущем году планирую завести хрюшек, потому что чувствую, что часть товара в любом случае к ним попадет. Но вернемся к тому, почему помидоры стоят не 5 рублей, а 80. У меня как минимум на помидорное поле техника меньше заходит, я не опрыскиваю стимуляторами никакими, то есть делаю все, чтобы томат вырос в естественных условиях. Да, мои растения чаще подвержены болезням, фитофторе или грибам. Это вполне естественно. От этого часть урожая мы теряем, но зато можно точно гарантировать, что это экологически чистая продукция.

Справка

Сам Иван так описывает свою ферму: «Наша экоферма – производитель натуральных продуктов, находится в Крымском районе Краснодарского края. Ферма занимает 30 гектаров экологически чистой земли. Создана ферма на принципах биодинамического земледелия. Первая экоферма Кубани – это первая в России овощная ферма, сертифицированная по европейским стандартам «ОРГАНИК» итальянским сертификационным институтом ICEA, который является членом IFOAM – Международной федерации инициатив в области органического сельского хозяйства.
Первая экоферма Кубани предлагает настоящие органические овощи и фрукты, выращенные без применения химически синтезированных средств, искусственных удобрений, пестицидов и гербицидов на экологически чистых землях.

Tags: Биодинамика, Крестьянство
Subscribe

Buy for 10 tokens
Buy promo for minimal price.
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 4 comments